«Судить будем. В государстве живем, а не в банде».
х/ф «Шестой» (1981 г.)

Часть I
Русско-византийский договор 907 г.

Древнейшим источником права у славян было устное право. Судя по всему, оно сложилось из обычаев и традиций, в основе которых лежали моральные и религиозные нормы. Этим обусловлена живучесть и понятность изложения устных правовых норм.

О наличии у древних славян правовых отношений косвенно свидетельствует ряд зарубежных источников.

«Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим. Равным образом и во всём остальном, можно сказать, у обоих этих вышеназванных варварских племён вся жизнь и узаконения одинаковы». Прокопий Кесарийский (VI век).

«И если поймает царь в своей стране вора, то либо приказывает его удушить, либо отдаёт под надзор одного из правителей на окраинах своих владений […] И если один [человек] возбудит дело против другого, то зовёт его на суд к царю, перед которым [они] и препираются. Когда же царь произнёс приговор, исполняется то, что он велит. Если же обе стороны недовольны приговором царя, то по его приказанию дело решается оружием». Ибн Русте (Х век).

«К прибывающим к ним иноземцам они относятся ласково и, оказывая им знаки своего расположения, [при переходе их] из одного места в другое охраняют их в случае надобности, так что, если бы оказалось, что по нерадению того, кто принимает у себя иноземца, последний потерпел [какой-либо] ущерб, принимавший его раньше начинает войну [против виновного], считая долгом чести отомстить за чужеземца». Император Маврикий (VI век).

Наличие у славян устных правовых норм подтверждается письменными источниками Древней Руси. Речь идет о русско-византийских договорах. В частности, в договорах 907 г. и 911 г. русская сторона ссылается на свои правовые нормы:

«…право судихом, не точью простословесенъ и писаниемь и клятвою твердою, клѣншеся оружьемь своимъ, такую любовь извѣстити и утвѣрдити по вѣрѣ и по закону нашему».

(…не только на словах, но и на письме, и клятвою твердою, клянясь оружием своим, такую дружбу объявить и утвердить ее по вере и по закону нашему).

«Мы же кляхомся къ цесарю вашему, иже от Бога суще, яко Божие здание, по закону и по покону языка нашего, не переступати ни намъ, ни иному от страны нашея от уставленыхъ главъ мира и любве».

(Мы же клялись цесарю вашему, поставленному от Бога, как божественное создание, по закону и по обычаю нашим, не нарушать нам и никому из страны нашей ни одной из установленных глав мирного договора и дружбы).

«….а Ольга водиша и мужий его на роту по рускому закону: кляшася оружьемь своимъ, и Перуномъ, богомъ своимъ, и Волосом…»

(…а Олега с мужами его водили присягать по русскому закону, и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом, и Волосом…)

Русско-византийские договоры это первые нормативно-правовые акты древнерусского государства. Первоисточником, в котором они упоминаются, является «Повесть временных лет». Но уникальность данных документов не только в их первичности.

Для начала рассмотрим причины, которые привели к появлению данных правовых актов.

События Х века, предшествующие заключению договоров, начинались всегда одинаково. Князь с объединённой дружиной варягов, славян и других подвластных племен, осаждает столицу Византийской империи Константинополь. Из «Повести временных лет» знаем, что данная ситуация была не в новинку как для греков, так и для русских.

«В лѣто 6360, индикта 15, наченшю Михаилу цесарьствовати, нача ся прозывати Руская земля. О семъ бо увѣдахом, яко при сем цесари приходиша Русь на Цесарьград, якоже писашеть в лѣтописании грѣцком».

(В год 6360 (852), индикта 15, когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля. Узнали мы об этом потому, что при этом царе приходила Русь на Царьград, как пишется об этом в летописании греческом).

«В лѣто 6374. Иде Асколдъ и Диръ на Грѣкы, и приде въ 14 лѣто (Михаила цесаря. Цесарю же отшедъшю на агаряны, и дошедшю ему Черное рѣкы, вѣсть епархъ посла ему, яко русь идеть на Цесарьград, и воротися цесарь».

(В год 6374 (866). Пошли Аскольд и Дир на греков и пришли к ним в четырнадцатый год царствования Михаила. Цесарь же был в это время в походе на агарян, дошел уже до Черной реки, когда епарх прислал ему весть, что Русь идет на Царьград, и возвратился цесарь.)

Но до Х века упоминаний о каких-либо договорах нет.

Хорошо известно, что столица империи неоднократно подвергалась варварским атакам и не раз находилась в осаде. Алгоритм действия в таких случаях был у греков отработан закрыться в городе (который всегда был готов к осаде) и под защитой городских стен ждать подкрепления регулярных войск. В процессе ожидания с захватчиками шли активные переговоры. Греки склоняли осаждающих на получение отступных, размер которых зависел от силы противника.

Славяне также действовали по отработанному плану. Перед осадой они с особой жестокостью разоряли окрестности. Экономических выгод это приносило мало, но основная цель грабежей заключалась не в обогащении. Задачей было как можно сильнее запугать осаждённых. Чем страшнее были творимые в округе жестокости, тем сговорчивее становились закрывшиеся в городе греки.

Тут тонкий момент. О штурмах укреплённых стен Константинополя славянами летописи не упоминают. Славяне могли только осадить город, но не взять его штурмом. Осада – дело долгое, за это время империя мобилизовала силы и подтягивала к столице войска. При всём уважении к предкам, славяно-русские дружины не горели желанием встречаться в открытом поле с византийской армией. Соответственно, наступал момент, когда сумма предложенных откупных вполне устраивала обе стороны.

Греки не тратились на переброску армии и восстановление инфраструктуры.

Славяне получали возможность без боя «отбить» средства, потраченные на поход, и неплохо обогатиться.

И та и другая сторона прекрасно знали «правила игры». Зачем же тогда понадобились договоры? Это легко понять, ознакомившись с текстами.

Договор 907 г.

Данный договор очень краток, поэтому привожу текст полностью.

Русско-византийский_договор_907_года

«Да приходять русь сълебное емлють, елико хотят, а иже придуть гостье, да емлють мѣсячину на 6 мѣсяць, и хлѣбъ, и вино, и мяса, и рыбы и овощемъ. И да творять имъ мовь, елико хотять. И поидут же русь домови, да емлют у цесаря вашего на путь брашно, и якоря, и ужа, и парусы и елико надобѣ» И яшася грѣци, и ркоша цесаря и боярьство все: «Аще приидуть русь бес купли, да не взимают мѣсячины. Да запрѣтить князь людем своимъ, приходящим руси здѣ, да не творят пакости в селѣхъ и въ странѣ нашей. Приходящии русь да витают у святаго Мамы, и послеть царство наше, да испишют имена ихъ, и тогда возмут мѣсячное свое — пѣрвое от города Киева, и пакы ис Чернигова и Переяславля и прочии городи. И да входять в городъ одиными вороты съ цесаревымъ мужемъ, безъ оружья, мужь 50, и да творят куплю, якоже имъ надобѣ, и не платяче мыта ни в чемьже».

(Когда приходят русские, пусть берут содержание для послов сколько хотят; а если придут купцы, пусть берут месячное на шесть месяцев: хлеб, вино, мясо, рыбу и плоды. И пусть устраивают им баню — сколько захотят. Когда же русские отправятся домой, пусть берут у цесаря на дорогу еду, якоря, канаты, паруса и что им нужно». И обязались греки, и сказали цесари и все бояре: «Если русские явятся не для торговли, то пусть не берут месячное. Пусть запретит русский князь людям своим, приходящим сюда русским, творить бесчинства в селах и в стране нашей. Приходящие сюда русские пусть живут у церкви святого Мамонта, и пришлют к ним от нашего царства, и перепишут имена их, и тогда возьмут полагающееся им месячное, — сперва те, кто пришли из Киева, затем из Чернигова и из Переяславля, и из других городов. И пусть входят в город только через одни ворота в сопровождении царского мужа, без оружия, по пятьдесят человек, и торгуют сколько им нужно, не уплачивая никаких сборов»)

Как видно из текста, в договоре узаконены эксклюзивные права русских купцов и послов (беспошлинная торговля, содержание за счёт встречающей стороны). Взамен греки прописали для себя меры безопасности на время пребывания славян в Константинополе. Теперь понятно, почему походы Х века (в отличие от предыдущих), привели к подписанию международных правовых актов. К Х веку славяне рассматривали империю уже не только как поставщик «легких денег», заработанных в набегах. Русь становится полноправным участником международной торговли и дипломатии.

Существование данного договора некоторыми исследователями ставится под сомнение, но логика событий говорит об обратном. Скорее всего, письменно он был зафиксирован в 911 г., но первые ключевые моменты были декларированы именно в 907 г. Не будем забывать, что до этого у славян были только нормы обычного устного права. Соответственно, договор 907 г. носил вербальный характер.

Рассмотрим данный правовой акт с точки зрения современного права.

Договор затрагивает область права, регулирующую международные отношения. По современным нормам этот договор был бы признан ничтожным (т.е. не имеющим юридическую силу).

Во-первых, договор должен иметь основные атрибуты данного документа (указание сторон, предмет договора, дата вступления в силу, срок действия и т.д.). Их нет.

Во-вторых, мы помним предысторию подписания этого документа. Даже при наличии всех атрибутов договора, данный правовой акт был бы признан недействительным согласно нормам «Венской конвенции» 1969 г.

Раздел 2: недействительность договоров.

Статья 51. Принуждение представителя государства.

Согласие государства на обязательность для него договора, которое было выражено в результате принуждения его представителя действиями или угрозами, направленными против него, не имеет никакого юридического значения.

Статья 52  Принуждение государства посредством угрозы силой или ее применения.

Договор является ничтожным, если его заключение явилось результатом угрозы силой или ее применения в нарушение принципов международного права, воплощенных в Уставе Организации Объединенных Наций.

Раздел 4: прочие постановления.

Статья 75. Случай государства-агрессора.

Положения настоящей Конвенции не затрагивают никаких обязательств в отношении договора, которые могут возникнуть для государства-агрессора в результате мер, принятых в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций в связи с агрессией со стороны этого государства.

Так что князю Олегу очень повезло, что «Венская конвенция» появилась только 1969 г. Если бы она существовала в Х в.:

а.  Действие весьма выгодного для Руси договора было бы прекращено.

б. Дань пришлось бы вернуть. Иначе Русь обложили бы экономическими санкциями, а к границам древнерусского государства, с одобрения ООН, стягивались бы войска западной коалиции.

Но в Средние века такое ведение дел было императивной нормой общего международного права. Так что, по той же «Венской конвенции», договор 907 г. не противоречит нормам международного права Х в. и обязателен к исполнению.

Статья 53. Договоры, противоречащие императивной норме общего международного права (jus cogens).

Договор является ничтожным, если в момент заключения он противоречит императивной норме общего международного права. Поскольку это касается настоящей Конвенции, императивная норма общего международного права является нормой, которая принимается и признается международным сообществом государств в целом как норма, отклонение от которой недопустимо и которая может быть изменена только последующей нормой общего международного права, носящей такой же характер.

Статья 64. Возникновение новой императивной нормы общего международного права (jus cogens).

Если возникает новая императивная норма общего международного права, то любой существующий договор, который оказывается в противоречии с этой нормой, становится недействительным и прекращается.

Так что князь Олег заключил очень выгодное соглашение…  и пролонгировал его через 4 года.

Об этом в следующей статье.

comments powered by HyperComments
Яндекс.Метрика